Легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем

Однако тенденция увеличения доли преступного капитала в экономике актуальна не только для России.

Многократно возросшая в современном мире общественная опасность данного преступления вызывает озабоченность подавляющего большинства стран мирового сообщества. По мере глобализации мировой финансовой системы встает вопрос о необходимости координации усилий самых разных государств в противодействии отмыванию преступных доходов на международном уровне.

Данная дипломная работа будет носить теоретический характер, поскольку на сегодняшний день мы не можем говорить о существовании в нашей стране сложившейся судебной или даже обширной следственной практики по рассматриваемому виду преступлений.

Причинами этого можно назвать сложность доказывания субъективной стороны данного преступления, сложность доказывания происхождения предмета преступления от преступной деятельности, ряд несовершенств действующего законодательства, а также в целом общую неготовность правоохранительных органов к работе со столь сложным составом преступления.

Целями настоящей работы является уяснение легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, существующих национальных и международных механизмов противодействия данному преступлению, определение основных тенденций развития национальных и международных уголовно-правовых средств борьбы с ним.

Достижение перечисленных целей обеспечивается в результате решения следующих задач: · · · · · Объектом дипломной работы является легализация (отмывание) преступных доходов, а также уголовно-правовые средства борьбы с ним, существующие на национальном и международном уровнях.

Предметом исследования являются уголовно-правовые и социально-экономические проблемы, возникающие в связи с ростом числа преступлений, связанных с легализацией преступных доходов, нормативные правовые акты Российской Федерации, регламентирующие противодействие исследуемым видам преступлений, международно-правовые акты, создающие международные механизмы борьбы с отмыванием «грязных» денег. Глава 1. Понятие и юридическое содержание легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем 1.1. Понятие и формирование легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем Термин 'отмывание' денег (money laundering) впервые был использован в 80-х гг. в США применительно к доходам от наркобизнеса и обозначает процесс преобразования нелегально полученных денег в легальные деньги.

Предложено много определений этого понятия.

Президентская комиссия США по организованной преступности в 1984 году использовала следующую формулировку: 'Отмывание денег - процесс, посредством которого скрывается существование, незаконное происхождение или незаконное использование доходов и затем эти доходы маскируются таким образом, чтобы казаться имеющими законное происхождение' [1] . В международном праве определение легализации ('отмывания') доходов от преступной деятельности было дано в Венской конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 19 декабря 1988 года, оказавшей большое влияние на развитие соответствующего законодательства западных стран.

Согласно ст.3 Конвенции, под легализацией ('отмыванием') доходов от преступной деятельности понимаются: · · · · Венская Конвенция ООН 1988 года признала в качестве преступления 'отмывание' денег, полученных от незаконного оборота наркотиков. В то же время развитие организованной преступности привело к росту доходов преступных организаций, получаемых из других сфер преступной деятельности. Часть этих доходов также стала подвергаться 'отмыванию' и инвестироваться в легальную экономику.

Конвенция Совета Европы № 141 'Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности' от 8 ноября 1990 года признала преступлением действия, связанные с 'отмыванием' денег, полученных не только от наркобизнеса, но и от других видов преступной деятельности.

Статья 6 Конвенции определяет перечень правонарушений, связанных с 'отмыванием' средств.

Различия в законодательстве отдельных стран связаны с определением перечня деяний, являющихся источником происхождения легализуемых средств.

Таковыми источниками могут признаваться: · · · · Как следует из положений Страсбургской конвенции и рекомендаций Специальной финансовой комиссии по проблемам отмывания денег, подготовленных в 1990 году, отмывание денежных средств и иного имущества - это процесс, в ходе которого средства, полученные в результате незаконной деятельности, то есть различных правонарушений, помещаются, переводятся или иным образом пропускаются через финансово-кредитную систему (банки, иные финансовые институты), либо на них (вместо них) приобретается иное имущество, либо они иным образом используются в экономической деятельности и в результате возвращаются владельцу в ином 'воспроизведенном' виде для создания видимости законности полученных доходов, сокрытия лица, инициировавшего данные действия и (или) получившего доходы, а также противозаконности источников этих средств. В проекте Федерального Закона РФ 'О противодействии легализации ('отмыванию') доходов, полученных незаконным путем' речь идет о доходах, полученных незаконным путем. Это понятие шире, чем преступные доходы. В пункте 1 статьи 3 Закона доходы, полученные незаконным путем, определяются как 'вещи, деньги, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, приобретенные в результате совершения преступления или иного правонарушения'. Легализация (отмывание) доходов, полученных незаконным путем - придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными заведомо незаконным путем.

Основные цели легализации доходов, полученных преступным путем. К важнейшим целям деятельности по легализации преступных доходов можно отнести: · · · · · · Важной задачей преступника является также согласование этих целей.

Вместе с тем, одновременно обеспечить их эффективное достижение удается не всегда.

Например, преступник может поместить отмытые деньги на таком удалении, что доступ к ним и пользование ими превращается для него в крупную проблему.

Возможна иная ситуация, при которой преступник обеспечивает себе возможность легкого доступа к незаконным доходам, но не может надежно скрыть владение нелегально заработанной наличностью и свое участие в совершении преступлений, приведших к образованию этих наличных средств. В этом случае он является прямым кандидатом на арест.

Движение нелегально полученных средств идет во многом аналогично движению легально полученных средств.

Доходы могут быть использованы многими путями, в зависимости от краткосрочных и долгосрочных планов и предпочтений собственников.

Движение нелегальных доходов происходит в циклической форме: некоторые расходуются на немедленное потребление; другие возвращаются обратно в принадлежащий кому-либо бизнес.

Отмывание денег является жизненно важной составляющей любой преступной деятельности, важным звеном криминального экономического цикла.

Операции, подобные отмыванию денег.

Существуют специфические виды действий, которые также направлены на обеспечение прямого доступа к денежным средствам, полученных незаконным путем. Их особенность состоит в том, что они не включают операции, специально направленные на сокрытие и маскировку источников происхождения, владельцев, местонахождения, существования денежных средств, а также планов их дальнейшего использования.

Данные виды действий не подпадают под определение отмывания денег в узком смысле. К ним относятся расходование наличных средств и сокрытие доходов путем оставления на месте.

Расходование наличных средств.

Преступник может установить дистанцию между собой и правом собственности на нелегальные доходы, тратя их на товары и услуги, вместо того, чтобы инвестировать их или превратить в другие фонды, удерживаемые на длительный срок.

Преступники тратить наличные средства в больших размерах и либо оставляя при этом либо крайне скудную документацию, либо не оставляя никакой документации, что затрудняет усилия правоохранительных органов по восстановлению подобных операций.

Быстрая трата преступником своих доходов на приобретение потребительских товаров может затруднить его обнаружение путем прослеживания последовательности владения средствами.

Сокрытие доходов путем сохранения их без движения.

История организованной преступности полна рассказами о деньгах, спрятанных в подвалах и склепах или даже набитых в матрасы.

Подобное поведение может быть не характерным для 'предпринимателей', действующих в области торговли наркотиками или организованной преступности.

Преступники могут вести себя таким образом, если они зарабатывают больше того, что способны потратить или просто хотят сосредоточить свои средства для личных расходов или инвестиций, то тогда они не испытывают большой потребности в наличных деньгах или заменяющих их ценных бумагах.

Подобное экономическое поведение соответствует запросам тех преступников, которых отличает более консервативная манера тратить деньги, например, таких, которые могут позже потратить свои деньги в меньших количествах, вызывая при этом меньше подозрений. 1.2. Правовые основы противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем Противодействие отмыванию доходов, полученных преступных путем, является одной из приоритетных задач мирового сообщества на современном этапе развития.

Объемы легализации преступных доходов в настоящее время, по подсчетам экспертов, составляют от 500 миллиардов до триллиона долларов США в год [2] . Чтобы получить более четкое представление об указанных суммах, достаточно заметить, что 500 миллиардов долларов – это годовой оборот бизнеса во «всемирной паутине», или, например, 1 триллион долларов – это внешнеторговый оборот развивающейся бурными темпами экономики Китая в 2004 году.

Размах указанного явления вызывает озабоченность мирового сообщества не только из-за уменьшения налоговых поступлений в связи с укрытием части доходов различными организациями и частными лицами, но и из-за того, что значительная доля укрытых доходов, по результатам проведенных исследований, являются доходами, полученными от незаконной деятельности (чаще всего, от торговли наркотиками, людьми и пр.) и поступает в распоряжение террористических группировок по всему миру.

Поэтому многие государства, особенно это касается развитых стран мира, принимают меры, направленные на борьбу с легализацией преступных доходов. С развитием экономики совершенствуются не только правовые методы борьбы с экономической преступностью, но и появляются новые методы легализации преступных доходов: применяются все более сложные схемы с участием целой цепочки юридических лиц, созданных, как на территории одного, так и нескольких государств, разрабатываются все новые модели сокрытия доходов с использованием банковских продуктов, все новые виды деятельности вовлекаются в процесс отмывания преступных доходов.

Однако после анализа результатов борьбы с отмыванием отдельных государств стало очевидным, что борьба будет более эффективна, если государства объединят свои усилия, и в борьбу с этим получившим такое широкое развитие явлением вступят международные организации, способствующие разработке политики по борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма. С этой целью в 1989 году была создана Международная организация по борьбе с отмыванием преступных доходов (ФАТФ) [3] , членами которой в настоящий момент являются 31 страна, включая и Россию.

Ежегодно ФАТФ составляет «черный» список государств, не принимающих «достаточных мер» для противодействия легализации преступных доходов. ФАТФ рекомендует «соблюдать особую осторожность» в отношениях с такими государствами, в том числе ограничивая деятельность банков-резидентов «неблагоприятных» стран путем, например, ограничения на открытие корреспондентских счетов. До недавнего времени Россия входила в число таких стран, но после посещения нашей страны представителями ФАТФ и анализа законодательной базы, а также мер, принимаемых руководством страны для усложнения процесса отмывания денег, на очередном своем заседании ФАТФ приняла решение исключить РФ из «черного» списка, а позднее и принять ее в свои полноправные члены.

Согласно процедурам, разработанным целевой группой разработки финансовых мер ФАТФ, для подтверждения политики борьбы с отмыванием государство должно привести свое законодательство в соответствие с требованиями Сорока рекомендаций ФАТФ, разработанными в 1990 году с учетом внесенных в них изменений.

Структурно Рекомендации делятся на следующие группы: А. Правовые системы, Б. Обеспечительные меры и конфискация, В. Меры, которые следует принять финансовым учреждениям и нефинансовым предприятиям и лицам определенных профессий в целях предотвращения отмыванию денег и финансирования терроризма, С. Институциональные и прочие меры, необходимые в системах противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма, D. Международное сотрудничество.

Рекомендации группы А касаются, в основном, законотворческой деятельности органов власти, направленной на противодействие отмыванию денег.

Основным критерием соответствия законодательства страны международным нормам является отнесение любого способа отмывания доходов к преступным деяниям. За подобные деяния должна быть предусмотрена как уголовная, так и гражданская и административная ответственность. Что касается РФ, то уголовная ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем не была предусмотрена вплоть до принятия нового УК в 1996 году.

Однако наличие статьи в УК РФ оказалось недостаточным для эффективной борьбы с отмыванием, поэтому законодательная база и по сей день продолжает пополняться новыми нормативными актами в этой области (о некоторых из них речь пойдет в блоке, касающемся борьбы с отмыванием в нашей стране). Усложнению процесса отмывания должны способствовать, по мнению ФАТФ, меры, направленные на конфискацию отмываемого имущества.

Поэтому группа Б содержит перечень полномочий, рекомендуемых для передачи компетентным органам с целью ограничения пользования отмываемым имуществом. Кроме того, странам рекомендуется предусмотреть нормы, регулирующие производить конфискацию имущества и без осуждения правонарушителя в уголовном порядке, т.е. ввести конфискацию имущества и в гражданский процесс.

Наибольший интерес представляют Рекомендации группы В, относящиеся к деятельности банков.

Прежде всего, ФАТФ устанавливает общие принципы организации работы банковских учреждений. Так, по мнению, представителей ФАТФ, поскольку банки являются инструментом, который чаще всего используется при отмывании преступных денег в силу своей доступности при проведении платежных операций, органам власти рекомендуется устанавливать жесткие процедуры регистрации банковских учреждений с обязательным получением соответствующей лицензии.

Порядок регистрации и лицензирования подобных учреждений должен предусматривать «прозрачность» их деятельности для того, чтобы обеспечить возможность постоянного контроля и мониторинга со стороны контролирующих органов.

Основной обязанностью банковских учреждений, возложенной на них Рекомендациями ФАТФ, является надлежащая проверка клиентов и информирование компетентных органов обо всех подозрительных сделках, совершаемых клиентами банка.

Надлежащая проверка клиентов заключается в идентификации и подтверждении личности не только самого клиента, но и бенефициара, а также в постоянном отслеживании деловых отношений (в т.ч. сделок) клиента. С целью идентификации бенефициара банку необходимо установить, в чью собственность перейдут денежные средства или имущество. Если бенефициаром является юридическое лицо, следует выяснить, кто является его учредителем, и не являются ли стороны такой сделки взаимозависимыми лицами.

Особое внимание предлагается уделять разовым сделкам.

Следует заметить, что Рекомендации группы В относятся не только к банковским учреждениям. Хотя банковская сфера и является наиболее привлекательной для лиц, занимающихся отмыванием денег, ФАТФ среди возможных участников схем приводит казино, компании, занимающиеся недвижимостью, дилеров по драгоценным металлам и камням, а также адвокатов, нотариусов и независимых бухгалтеров.

Понятно, что для обеспечения экономической безопасности государства и соблюдения Рекомендаций ФАТФ необходим аппарат, наделенный соответствующими полномочиями и способный противостоять отмыванию преступных средств.

Поэтому, неудивительно, что Рекомендации группы С касаются создания и функционирования правоохранительных органов, а также создания системы «прозрачности» юридических лиц. По мнению ФАТФ, государству следует позаботиться о том, чтобы предоставить правоохранительным органам достаточно широкий спектр полномочий, которые, с одной стороны, препятствовали бы отмыванию преступных средств, но, с другой стороны, не затрагивали бы законные права и интересы граждан, предусмотренные международным правом и законодательством страны. С целью исключения коррупции и злоупотребления полномочиями государство должно предоставлять своим органам адекватные людские и технические ресурсы. Для поддержания «адекватности» рекомендуется предусмотреть процедуры, обеспечивающие лояльность и добросовестность работников. Для эффективной работы правоохранительных органов необходима достаточно прозрачная система регистрации и лицензирования юридических лиц, а также доступность получения необходимой информации в базе данных. Особо следует отметить, что, по заключению экспертов ФАТФ, наиболее благоприятными для отмывания денег являются, так называемые, особые экономические зоны или оффшоры.

Государствам рекомендуется постепенно отказаться от установления каких-либо послаблений в налогообложении и контроле отдельных территорий.

Создание и функционирование таких зон оправданно в условиях становления экономики страны либо в государствах, имеющих достаточно большой опыт в противодействии с отмыванием денег.

Заключительная группа Рекомендаций (группа D) касается международного сотрудничества в области борьбы с отмыванием денег. Для эффективной борьбы с этим явлением странам необходимо координировать свою работу и объединить усилия, в т.ч. и правоохранительных органов.

Поскольку отмывание денег признается международным преступлением, в законодательстве необходимо предусмотреть возможность экстрадиции обвиняемых лиц, и обязанность компетентных лиц представлять ответы на запросы органов других стран, касающиеся расследования подобных преступлений.

Рекомендации ФАТФ являются базовым документом, на основе которого и разрабатывается национальное законодательство. В 2001 году в России был принят ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», а также приведены в соответствие с ним другие законодательные акты, регулирующие отдельные вопросы борьбы с отмыванием денег.

Однако, согласно Рекомендациям ФАТФ, принятие даже такого детализированного нормативного акта как вышеупомянутый ФЗ от 07.08.2001 г., является недостаточным для признания эффективной деятельности государства в сфере противодействия легализации преступных доходов. Кроме того, способы отмывания не остаются неизменными на протяжении даже пары месяцев: лица, занимающиеся отмыванием денег, осваивают новые механизмы с участием новых структур, а также совершенствуют проверенные и зарекомендовавшие себя способы легализации доходов. Вот почему так важен постоянный мониторинг действующего законодательства и анализ информации, предоставленной организациями, осуществляющими операции с денежными средствами и иным имуществом.

Россия не является исключением из общих принципов, выработанных международной практикой, и поэтому основным инструментом отмывания денег являются банковские продукты. Банк России (ЦБ РФ), как орган, обладающий полномочиями по разработке и изданию подзаконных актов, способствует повышению эффективности борьбы банков с легализацией преступных доходов путем направления для использования в деятельности соответствующих инструкций, писем и рекомендаций.

Многие из них имеют строго определенный круг пользователей, поскольку содержащаяся в них информация относится к сфере, которая затрагивает не только профессиональную деятельность банковских служащих, но и права и законные интересы граждан (например, право на соблюдение банковской тайны). Стоит заметить, что свою работу в данном направлении ЦБ РФ координирует с Федеральной службой по финансовому мониторингу, которая является основным контролирующим органом у нас в стране в области борьбы с отмыванием денег. Глава 2. Уголовно-правовая характеристика легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем 2.1. Анализ объективных признаков преступлений, предусмотренных статьями 174 УК РФ и 174.1 УК РФ Состав легализации расположен в главе 22 УК РФ «Преступления в сфере экономической деятельности» раздела VIII «Преступления в сфере экономики», однако среди ученых нет единства мнений по поводу его групповой принадлежности. Одни относит легализацию (отмывание) к преступлениям в сфере обмена [4] , другие - к преступлениям, посягающим на общественные отношения, регулирующие предпринимательскую и иную экономическую деятельность юридических лиц и иных хозяйствующих субъектов [5] , третьи - к преступлениям, посягающим на законную предпринимательскую и иную экономическую деятельность или к преступлениям в сфере финансовой, предпринимательской и банковской, есть и другие мнения на этот счет [6] . Также нет единства мнений и относительно объекта преступлений в сфере экономической деятельности. Кто-то полагает, что родовым объектом являются общественные отношения, обеспечивающие нормальную деятельность экономики страны как единого хозяйственного комплекса; видовым - общественные отношения, возникающие по поводу осуществления нормальной экономической деятельности по производству, распределению, обмену и потреблению материальных благ и услуг [7] . Другие родовой объект преступлений, входящих в раздел VIII УК, и объект уголовно-правовой охраны определяют как установленный порядок осуществления экономической деятельности, обеспечивающий соблюдение согласованных интересов личности, общества, государства. Групповым объектом преступления, предусмотренного ст. 174 УК РФ, выступает общий порядок предпринимательской деятельности [8] . Очевидно, что сами по себе экономические отношения объектом преступлений в сфере экономической деятельности не являются, так как выступают объектом регулирования других отраслей права.

Уголовное же право охраняет нормы, правила, принципы экономической деятельности.

Разные авторы по-разному определяют эти принципы: генеральные, рыночные правила, нормы экономической деятельности и экономического поведения, принципы рыночной экономики; принципы хозяйственного права; принципы предпринимательского права и т. д. Эти принципы лежат в основе экономических (хозяйственных) отношений; последние, каким бы ни было их конкретное содержание, строятся с учетом указанных принципов. По сути, это принципы организации отношений в сфере экономической деятельности или принципы ее осуществления.

Поэтому именно общественные отношения, строящиеся на принципах осуществления экономической деятельности, являются родовым объектом анализируемых преступлений. При этом общественные экономические отношения, основанные на принципах законности, свободы экономической деятельности, добросовестной конкуренции, добропорядочности субъектов экономической деятельности охраняются методами уголовной политики и уголовного закона от наиболее опасных видов посягательств на них. Таким образом, видовыми объектами преступлений в сфере экономической деятельности выступают общественные отношения, отвечающие принципу свободы экономической деятельности; принципу осуществления экономической деятельности на законных основаниях; принципу добросовестной конкуренции субъектов экономической деятельности; принципу добропорядочности субъектов экономической деятельности.

Непосредственный объект легализации можно определить как общественные отношения, основанные на принципе запрета криминальных форм поведения в экономической деятельности [9] . Общественные отношения, складывающиеся в сфере экономики, предпринимательства, кредитно-денежного обращения и т. п., чрезвычайно многообразны, поэтому при определении непосредственного объекта необходимо указывать, какие конкретно из них подвергаются преступному воздействию.

Порядок совершения финансовых операций и сделок также не может быть признан непосредственным объектом легализации (отмывания), ведь таковой порядок - это своего рода процедура, последовательность их совершения. Чтобы осуществить какую-либо финансовую операцию, необходимо в установленном порядке открыть счет в банке, поместить туда деньги, дать банку поручение об их переводе и т. п.

Поэтому при легализации (отмывании) порядок совершения финансовых операций или сделок виновным не нарушается. Более того, если субъект захочет его нарушить, то он не только не сумеет провести ни финансовую операцию, ни сделку, но и привлечет к себе внимание со стороны банка или контролирующего органа.

Запрет на использование заведомо криминальных форм экономического поведения, как принцип осуществления экономической деятельности, означает, что ни при каких условиях субъекты экономической деятельности не могут совершать деяния, носящие явно преступный характер, даже если они способны принести высочайшую прибыль или любую другую выгоду, например, такие, как подделка каких-либо документов, денежных знаков, кредитных карт, применение насилия к партнерам, использование имущества, полученного в результате преступной деятельности, применение обмана, причиняющего ущерб партнеру или государству, и т. д.

Понимание объективной стороны легализации встречает наибольшие трудности в правоприменительной практике. В значительной степени этим может объясняться и низкая раскрываемость легализации.

Статистические данные о выявленных фактах легализации не отражают реальной картины состояния экономической преступности и показывают значительное расхождение между количеством зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 1 УК РФ, и количеством лиц, их совершивших: в 1999 г. - 965 зарегистрированных преступлений против 105 выявленных лиц (из них осуждено 22 человека); в 2000 г. - 1784 преступления против 146 выявленных лиц [10] . В 2001 г. количество зарегистрированных преступлений снизилось до 1439, но чуть выросло число выявленных лиц их совершивших, - 176 человек; в 2002 г. количество зарегистрированных преступлений еще более снизилось - до 1129, а число выявленных лиц сократилось до 89, хотя вместо одной статьи о легализации в Уголовном кодексе стало две. Даже беглое ознакомление со способами легализации, описанными в специальной литературе, показывает, что «отмывание» может совершаться практически во всех сферах жизни общества. Высокая латентность не позволяет точно оценить реальные масштабы данного явления и достоверно установить, какие способы являются наиболее распространенными в тех или иных регионах.

Поэтому ориентироваться можно лишь на различные экспертные оценки и криминологические исследования.

Согласно закону, объективная сторона легализации заключается в совершении финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем, а также в использовании их в предпринимательской и иной экономической деятельности. «Совершение» («вершить» - выполнять, распоряжаться, управлять ) - это выполнение юридически значимых, в том числе конклюдентных действий, т. е. действий, свидетельствующих о волеизъявлении лица совершить какую-то операцию или сделку.

Действия направлены либо на совершение финансовых операций (например, заполнение бланка «Объявления на взнос наличными» или платежного поручения о переводе денег; дача указания банку о проведении финансовой операции с помощью компьютерной программы «Клиент-банк» и т. п.), либо на совершение гражданско-правовых сделок (например, передача кассиру обменного пункта наличных рублей для покупки валюты; передача наличных денег продавцу ювелирного магазина для покупки ювелирных украшений; заполнение бланка почтового перевода - для перевода денег по почте; подписание, в присутствии нотариуса, договора купли-продажи недвижимости; передача текста договора по факсу или электронной почте, в том числе с использованием личной электронной подписи, и т. п.). Совершить финансовые операции и другие сделки можно либо лично, либо через представителя.

Представительство оформляется доверенностью. В соответствии с ч. 1 ст. 182 ГКРФ, «сделка, совершенная одним лицом- (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности… непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого». Следовательно, действия лица, совершающего финансовую операцию или другую сделку с предметами легализации (отмывания) через представителя, в любом случае надлежит квалифицировать как легализацию.

Необходимо устанавливать также, знал ли представитель о преступном пути приобретения предметов легализации или нет. Если знал, то его действия надлежит квалифицировать как пособничество в легализации; если не знал, то в его действиях не будет состава преступления.

Обращает на себя внимание существенное расхождение между описанием объективной стороны легализации, содержащемся в ст. 174, 174 1 УК РФ, и тем, которое, дано в Законе о противодействии легализации. В соответствии с Законом, легализация - это не только «финансовые операции» и «сделки», а любые действия с денежными средствами или иным имуществом, независимо от формы и способа их осуществления, направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей. Как видим, законодатель здесь крайне непоследователен - дав максимально широкое описание легализации (отмывания) в специальном Законе о противодействии легализации, он необоснованно заузил объективную сторону, определив ее лишь как «финансовые операции» и «сделки» (указанный недостаток не устранен и при внесении изменений в УК РФ Законом, подписанным Президентом РФ 8 декабря 2003 г.). Кроме того, он установил и другое ограничение: финансовые операции и сделки должны быть совершены только с денежными средствами, являющимися предметом иных, нежели предусмотренных ст. 193, 194, 198, 199, 199 и 199 УК РФ, преступлений. При описании объективной стороны легализации можно обойтись без разделения на «финансовые операции» и «другие сделки», так как сам законодатель ставит между ними знак равенства. В противном случае можно продолжить терминологическое дробление: «финансовые операции» можно разделить на финансовые операции в рублях и валюте; с деньгами наличными и безналичными; документарные и бездокументарные; на бумажных носителях и электронных, и т. п. В свою очередь, «сделки» можно разделить на сделки по розничной купле-продаже, продаже недвижимости, продаже предприятия, мене, дарению, аренде, финансовой аренде (лизингу), подряду и т. п. (как это предусмотрено гражданским законодательством), однако есть ли необходимость в подобной детализации? Очевидно, нет. И главное.

Некоторые действия по легализации вообще невозможно определить только как «финансовую операцию» или только как «сделку». К чему, например, отнести покупку валюты в обменном пункте на деньги, вырученные от торговли наркотиками или полученные в результате совершения другого преступления? С одной стороны - это «финансовая операция», так как покупатель передает кассиру наличные рубли. С другой стороны - это «сделка», поскольку покупка валюты является не чем иным, как разновидностью договора купли-продажи.

Данный пример показывает не только необоснованность, но и некую «искусственность» разделения легализационных действий на «финансовые операции» и «сделки». 2.2. Характеристика субъективных признаков преступлений, предусмотренных статьями 174 УК РФ и 174.1 УК РФ Субъектом легализации (отмывания) большинство авторов признают физическое, вменяемое лицо, достигшее 16 лет [11] , граждан России, иностранцев, лиц без гражданства. Выше было отмечено, что действия, составляющие объективную сторону легализации (финансовые операции и сделки), могут осуществляться виновным как лично, так и через посредника (подставное лицо). Для того чтобы отдать посреднику распоряжение осуществить финансовую операцию или сделку с «грязными» деньгами или имуществом, дееспособность лицу не требуется.

Поэтому связывать признаки субъекта легализации с его дееспособностью нет необходимости.

Недееспособное лицо (в силу своей недееспособности) не в состоянии само совершить действия, составляющие объективную сторону легализации.

Однако отсутствие дееспособности не может помешать ему дать соответствующее поручение посреднику.

Владелец «грязных» денег или имущества может действовать через посредника не только из-за своей недееспособности, но и в силу иных причин, например, в связи с нежеланием привлекать к себе лишнее внимание со стороны правоохранительных или контролирующих органов. В любом случае, в его действиях содержится посредственное исполнение преступления, т. е. совершение преступления посредством другого лица, за что он и должен нести ответственность (если, конечно, достиг требуемого возраста и вменяем). Если же его недееспособность обусловлена каким-либо психическим заболеванием, исключающим вменяемость, он не может быть субъектом преступления именно в связи с отсутствием вменяемости, а не в силу недееспособности. Таким образом, вопрос о дееспособности лица не имеет принципиального значения для признания его субъектом легализации (отмывания), поскольку финансовую операцию или сделку он может совершить не только лично, но и через посредника.

Например, несовершеннолетний, не имея по закону права лично совершить финансовую операцию или другую сделку, поручает ее совершение взрослому, вменяемому субъекту.

Представляется, что было бы несправедливым освобождать лицо от уголовной ответственности только из-за того, что оно не достигло возраста полной дееспособности (18 лет). Пунктом «б» ч. 2 ст. 174 (174 1 ) УК РФ предусмотрена ответственность лица, совершающего легализацию (отмывание) с использованием своего служебного положения.

Понятие «должностное лицо» раскрывается в Примечании 1 к ст. 285 УК РФ, однако, согласно закону, данное определение распространяется лишь на статьи главы 30 УК [12] . Между тем нормы об ответственности должностных лиц содержатся не только в этой главе (например, ст. 140 УК предусматривает ответственность должностного лица за неправомерный отказ в предоставлении гражданину информации). Для определения понятия «лицо, использующее свое служебное положение» при легализации, необходимо прибегнуть к системному анализу норм УК РФ, в которых, так или иначе, упоминаются должностные лица, а также лица, занимающие какое-либо служебное положение.

Исходя из этого, субъектом преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 174 (174 1 ) УК РФ, следует признать: 1) лиц, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющих функции представителя власти либо выполняющих организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации (Примечание 1 к ст. 285 УК РФ); 2) лиц, занимающих государственные должности Российской Федерации, устанавливаемые Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий государственных органов (Примечание 2 к ст. 285 УК РФ); 3) лиц, занимающих государственные должности субъектов Российской Федерации, устанавливаемые конституциями или уставами субъектов Российской Федерации для непосредственного исполнения полномочий государственных органов (Примечание 3 к ст.285 УК РФ); 4) государственных служащих и служащих органов местного самоуправления, не относящихся к числу должностных лиц (Примечание 4 к ст. 285 УК РФ); 5) лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации, т. е. лиц, временно либо по специальному полномочию выполняющих организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением (Примечание 1 к ст. 201 УК РФ). Сюда же можно отнести еще одну категорию лиц - служащих коммерческих и иных организаций, не являющихся должностными лицами. На наш взгляд, является очевидным тот факт, что каждый служащий коммерческой или иной организации, не являющийся должностным лицом, занимает, тем не менее, определенное служебное положение.

Термин «лицо, занимающее служебное положение» намного шире термина «должностное лицо» и полностью его охватывает. В качестве специального субъекта легализации в законе также указано лицо, использующее свое служебное положение, а не должностное лицо.

Поэтому любого служащего коммерческих и иных организаций, даже не являющегося должностным лицом, но использующего свое служебное положение для легализации, следует признавать субъектом преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 174 (174 1 ) УК РФ. Лицо, принадлежащее к вышеперечисленным категориям, может являться специальным субъектом легализации (отмывания). Остальные лица, участвовавшие в легализации вместе с ним, могут нести уголовную ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя или пособника.

Подробнее вопросы соучастия (в том числе со специальным субъектом) будут рассмотрены ниже, при анализе квалифицирующих признаков легализации. Во время действия первой редакции ст. 174 УК РФ (до 1 февраля 2002 г.) большинство авторов указывали, что легализация может быть совершена только с прямым умыслом. После того, как с 1 февраля 2002 г. в ст. 174 УК РФ появилось указание на цель действий виновного, следует признать, что законодатель считает квалификацию по ней возможной только в том случае, если виновный действовал с прямым умыслом.

Рассмотрим, однако, насколько это обоснованно.

Прямой умысел при легализации означает, что лицо, совершая финансовые операции или сделки с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными преступным путем, сознает общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидит наступление общественно опасных последствий и желает эти действия совершить, желает наступления вредных последствий. «Заведомость» означает, что лицу было достоверно известно о преступном пути их приобретения другими лицами. О преступном пути приобретения виновный может узнать как от самих «приобретателей», так и догадаться сам, исходя из количественных и качественных характеристик предметов легализации, обстоятельств передачи ему денежных средств или иного имущества и т. д. На преступный характер происхождения предметов легализации (отмывания) могут указывать и признаки самих предметов: например, большое количество мелких денежных купюр, движимое или недвижимое имущество без документов о праве собственности, вещи со следами крови, пулевыми отверстиями и т. п. Слово «заведомый» означает «хорошо известный, несомненный (о чем-нибудь отрицательном)» и произошло от «ведать» (устар.) - «знать» [13] . Решающее значение для понимания заведомости имеет общеправовая презумпция добропорядочности граждан, согласно которой «изначально предполагается, что гражданин соблюдает, не нарушает гражданское, трудовое, налоговое, уголовное и др. законодательство» [14] , а также общеотраслевая презумпция знания закона, предполагающая, что «лицо знало о противоправности совершаемого им деяния, которое как общественно опасное запрещено под угрозой наказания опубликованным и действующим уголовным законом, и в силу этого оно подлежит уголовной ответственности. То же самое происходит при легализации: совершая финансовую операцию или сделку с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем, виновный может сознательно допускать либо относиться безразлично к факту их легализации.

Например, вкладывая «грязные» деньги в недвижимость или покупая на них иностранную валюту, виновный может специально и не преследовать цели придания таким деньгам правомерного вида. Он желает, например, лишь защитить их от инфляции или же просто считает подобный способ вложения капитала наиболее выгодным. При этом виновный относится безразлично к тому, что при совершении финансовых операций или сделок с деньгами или имуществом объективно происходит затруднение их последующего обнаружения, маскировка, придание им правомерного вида и т. п.

Поэтому справедливо мнение о том, что данное преступление (легализация) может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, невзирая на то, что комментируемый состав относится к так называемым формальным. Тем более что «при отсутствии объективного проявления умысла (что можно наблюдать и при легализации) возникают непреодолимые сложности его уточнения. В такой ситуации получается, что виновный будет нести ответственность только за то, в чем он признается». Между тем виновный может даже не знать таких слов - «цель легализации». Как быть тогда с прямым умыслом? Установление любого уголовно-правового запрета всегда преследует определенную цель.

Вместе с тем указание на цель действий виновного имеется далеко не во всех нормах УК. Обусловлено это тем, что зачастую в этом нет какой-либо необходимости, так как эта цель и без того очевидна.

Например, целью криминализации преступлений против собственности является защита имущественных интересов собственника, однако не сформулирован же состав кражи как «тайное хищение чужого имущества, с целью причинения материального ущерба потерпевшему». Несмотря на то, что похититель преследует лишь цель личного обогащения, тем не менее, причинение материального ущерба потерпевшему происходит объективно, независимо от того, желал ли виновный его нанести. То же самое - и при умышленном убийстве из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженном с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Например, чтобы завладеть кошельком потерпевшего, виновный лишает его жизни. В этом случае причинение смерти не является для виновного самоцелью, поскольку основная его цель - имущество потерпевшего. К факту же его смерти виновный может относиться безразлично.

Причинение смерти в этом случае является лишь способом достижения поставленной цели.

Конечно, нельзя утверждать, что виновный вообще не желал смерти потерпевшего, но, полагаем, это та ситуация, когда «эти последствия являются побочными (вынужденными) по отношению к содержанию основной мотивации или к результатам иной мотивации». На наш взгляд, это касается и легализации. При совершении финансовых операций или сделок с денежными средствами или имуществом, приобретенными преступным путем, в любом случае, так или иначе, происходит введение их в легальный оборот, придание им правомерного вида, маскировка, затруднение последующего обнаружения и т. п. Таким образом, можно сделать вывод, что, в соответствии с ныне действующими редакциями ст. 174, 174 1 УК РФ, легализация (отмывание) доходов, приобретенных преступным путем, может быть совершена только с прямым умыслом.

Необходим, однако, поиск такой законодательной конструкции данного состава, которая позволяла бы охватывать действия виновного, если бы он действовал и с косвенным умыслом.

Обусловлено это тем, что при совершении любых действий с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем, объективно, так или иначе, происходит придание им правомерного вида, введение их в легальный оборот, независимо от того, преследовал ли виновный такую цель. 2.3. Квалифицированные виды легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, предусмотренные статьями 174УК РФ и 174.1 УК РФ 50 Квалифицированным видом преступления по ч.2 ст.174 УК признается легализация (отмывание) денежных средств или имущества, приобретенных незаконным путем, совершенная группой лиц по предварительному сговору (п. “а”), неоднократно (п. “б”) или лицом с использованием своего служебного положения (п. “в”). Легализация (отмывание) денежных средств или имущества, приобретенных заведомо незаконным путем, признается совершенной группой лиц по предварительному сговору, если в ней участвовали два и более лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Данный квалифицирующий признак распространяется только на деяния, предусмотренные частями второй и третьей статей 174 и 174 1 УК РФ. Фактически легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем либо приобретенных лицом в результате совершения им преступления, может быть совершена организованной группой только при условии совершения финансовых операций и других сделок с денежными средствами и иным имуществом на сумму, превышающую один миллион рублей.

Установление необходимости наличия крупного размера в один миллион рублей для квалификации легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества как совершенных организованной группой, представляется неверным. Один миллион рублей является чрезмерно большой суммой, что повлечет непривлечение к уголовной ответственности членов организованных групп, которые совершают финансовые операции и иные сделки с целью легализации, на значительную сумму, но не достигающую одного миллион рублей [15] . В ходе опроса юристов [16] , только 32 % респондентов указали, что преступления, предусмотренные ст.ст. 174 и 1741 УК РФ, могут быть совершены одним лицом (рис. 1). Большинство же опрошенных юристов отметили, что минимальным количеством лиц, которые совершают криминальные банкротства, является два и более человека. Рисунок 1. Количество лиц, принимающих участие в совершении легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем: 1 - минимальное количество лиц, имеющих возможность совершить преступления, предусмотренные ст.ст. 174 и 1741 УК РФ, - 1 человек; 2 – минимальное количество лиц, имеющих возможность совершить преступления, предусмотренные ст.ст. 174 и 1741, - 2 человека; 3 – минимальное количество лиц, имеющих возможность совершить преступления, предусмотренные ст.ст. 174 и 1741 УК РФ, - 3 человека; 4 – минимальное количество лиц, имеющих возможность совершить преступления, предусмотренные ст.ст. 174 и 1741 УК РФ, - 4 человека; 5 – минимальное количество лиц, имеющих возможность совершить преступления, предусмотренные ст.ст. 174 и 1741 УК РФ, - 5 человек; 6 - минимальное количество лиц, имеющих возможность совершить преступления, предусмотренные ст.ст. 174 и 1741 УК РФ, - более 5 человек. Для характеристики легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, совершаемой организованными преступными группами, важную роль играет последовательность этапов организованной преступной деятельности. Эти этапы связаны с главной целью организованных преступных групп – получением преступных сверхдоходов и их последующей легализацией. Можно выделить следующие этапы организованной преступной деятельности в сфере легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем: · создание организованной преступной группы с целью получения доходов; · разработка плана совершения экономических преступлений; · получение преступных доходов; · сокрытие следов, обеспечение безопасности преступного бизнеса с помощью коррупционных связей; · легализация полученных доходов. Затем, естественно, разрабатываются свои способы и методы легализации преступных доходов. Закон (ст. 16 УК) определяет неоднократность как совершение двух или более преступлений, предусмотренных одной статьей или частью статьи УК, т.е. ст. 174. Вместе с тем совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями УК, может признаваться неоднократным в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК. Наличие этого признака охватывает как те случаи, когда лицо было судимо за ранее совершенное преступление, так и те, когда оно не было судимо и одновременно привлекается за это преступление к уголовной ответственности. Если к моменту совершения рассматриваемого преступления судимость за прежнее преступление снята или погашена в установленном законом порядке или истекли сроки давности уголовного преследования за прежнее преступление, то неоднократности не будет. Под использованием лицом своего служебного положения понимается легализация (отмывание) денежных средств или имущества, приобретенных незаконным путем, совершенная должностным лицом органа государственной власти, государственным служащим или служащим органа местного самоуправления, а также лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным и муниципальным учреждением. Особо квалифицированные виды рассматриваемого преступления образуют его совершение организованной группой или в крупном размере (ч.3 ст.174 УК). Поскольку в уголовном законе понятие крупного размера легализации (отмывания) денежных средств или имущества, приобретенных незаконным путем не определено, его установление осуществляется судом исходя из конкретных обстоятельств содеянного, с ориентиром на примечание к ст.171 УК. Глава 3. Криминологическая характеристика и правовые средства противодействия легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем 3.1. Причины и условия, способствующие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем Структура процесса отмывания денег, полученных преступным путем.

Легализация преступных доходов представляет собой сложный процесс, включающий множество разнообразных операций, совершаемых разнообразными методами, которые постоянно совершенствуются.

Прежде, чем привести описание причин и условий, способствующих отмыванию доходов, полученных преступным путем, рассмотрим одну из выявленных документированных схем отмывания.

Модели отмывания криминальных фондов денежных средств: · Трехфазовая модель. Она является наиболее распространенной и предполагает выделение в процессе легализации следующих стадий: Размещение (рlасеment) - это физическое размещение наличных денежных средств в мобильные финансовые инструменты, территориальное удаление от мест их происхождения (рис.2). Рисунок 2. Размещение как этап отмывания криминальных фондов. · Расслоение (layering) - отрыв незаконных доходов от их источников путем сложной цепи финансовых операций, направленных на маскировку проверяемого следа этих доходов (рис.3). Рисунок 3. Расслоение как этап отмывания криминальных фондов · Интеграция (integration) - стадия процесса легализации, непосредственно направленная на придание видимости законности преступно нажитому состоянию (рис.4). Рисунок 4. Интеграция как этап отмывания криминальных фондов Указанные три стадии могут осуществляться одновременно или частично накладываться друг на друга. Это зависит от имеющегося механизма легализации и от требований, предъявляемых преступной организацией [17] . После того, как процесс расслоения успешно проведен, отмыватель денег должен создать видимость достоверности при объяснении источников появления своего богатства. Во время интеграции отмытые деньги помещаются обратно в экономику. Таким образом, они входят в банковскую систему под видом честно заработанных доходов. Если след отмываемых денег не был выявлен на двух предыдущих стадиях, то отделить законные деньги от незаконных исключительно сложно.

Обнаружение отмытых денег на стадии интеграции становится возможным лишь с помощью агентурной работы.

Четырехфазовая модель. Этот подход к структурированию процесса отмывания используют эксперты ООН. Основными стадиями легализации являются: · Первая стадия - освобождение от наличных денег и перечисление их на счета подставных лиц. · Вторая стадия - распределение наличных денежных средств. · Третья стадия - маскировка следов совершенного преступления. · Четвертая стадия - интеграция денежной массы.

Двухфазная модель.

Согласно этой модели основными стадиями легализации являются Money Laundering ('отмывание' денег) и Recycling (возвращение в оборот). · Первая степень представляет собой 'отмывание' денег, полученных непосредственно от совершенного преступления. 'Отмывание' первой степени осуществляется путем обмена денег на купюры иного достоинства или другие виды валют. На этой стадии осуществляются краткосрочные операции. · Вторая степень представлена среднесрочными и долгосрочными операциями, посредством которых предварительно отмытым деньгам придается видимость полученных из законных источников и вводятся в легальный экономический оборот.

Причины, способствующие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем в России. Одна из главных причин отмывания денег в России - это тесная связь между политическими и деловыми группами.

Существуют лоббистские группы и группы давления зарубежных торговых организаций, которые имеют тесные связи с политическими партиями, помогающими им влиять на политику и решения правительства. В некоторых случаях предприниматели сами становятся активными членами политических групп или приближенными политических лидеров. И новый бизнес-класс, и лоббируемые политики имеют при этом одинаковый интерес - самообогатиться за счет страны [18] . Политические лидеры, занимающие важные посты в государственной администрации, часто предоставляют привилегированным бизнес-группам монопольную защиту и даже услуги экономического шпионажа, а взамен получают от них щедрые взятки. Даже при переводе вполне законных средств в надежные места, фирмы и частные лица в России, по сообщениям, пользуются услугами людей, связанных с незаконным бизнесом и имеющих банковские счета по всему миру. Таким образом, отток средств из России зачастую прочно связан с отмыванием денег. Вот почему люди, принадлежащие к полярным полюсам российского общества, оказываются втянутыми в такие скандалы.

Другая важная причина оттока средств - использование нечестных способов в международных торговых операциях.

Ликвидация государственной монополии на международную торговлю, поддержка государством либеральной политики и отсутствие солидных финансовых и банковских учреждений, которые было невозможно создать за столь короткое время, дали возможность беспринципным элементам в сфере международной торговли использовать незаконные способы выкачивания денег из страны ради личной наживы.

Широко распространенная бартерная торговля, благодаря отсутствию возможности проводить нормальные международные торговые сделки, придала дальнейший размах процессам оттока средств. По словам некоторых российских специалистов, такой размах махинаций был бы невозможен без ведома российских официальных лиц. На самом деле, говорят специалисты, это может происходить только при вовлечении и прямом участии политических боссов, при потворстве бюрократов высокого уровня.

Отсутствие государственного контроля над торговыми сделками, с одной стороны, и высокие подоходные налоги были дополнительными факторами, повлиявшими на отток денежных средств, осуществляемый российскими торговцами.

Значительную роль сыграли и российские коммерческие банки, которые являлись участниками различных полулегальных и нелегальных переводов средств. Очень популярный метод выкачивания денег за границу - это трансфертная оценка, или 'толлинг'. При этой схеме российская компания продает товар по самой наименьшей рыночной цене офшорному посреднику, затем посредник перепродает товар по мировой цене, и иностранная валюта никогда не попадает в Россию.

Отмывание денег часто происходит через магазин или ресторан, которым владеет какой-либо преступный делец.

Владелец смешивает деньги, полученные незаконным способом (например, от рэкета) и средства, заработанные законным путем. Это узаконивает средства, полученные преступным способом.

Условия, способствующие развитию отмывания денег.

Технологический прогресс, развитие информатики и телематики вместе со свободой, предоставленной международному капиталу направляться туда, где возникают наилучшие возможности для получения прибыли, сделали технически возможным то явление, которое сегодня повсеместно обозначается как глобализация экономики.

Экономико-политическая интеграция обширных регионов мира и использование некоторыми группами стран нетарифных 'барьеров' явились базой развития новых финансовых форм, используемых, чтобы получить доступ к внешним рынкам или остаться на них. И, наконец, переход некоторых правительств от осторожности к политике стимулирования иностранных инвестиций и либерализации торговых операций могут рассматриваться как условия - в отсутствии необходимой регламентации - для развития экономической преступности.

Падение берлинской стены и коммунистических режимов в Центральной и Восточной Европе придало сильнейшее ускорение процессу перестройки мировой экономики, в силу чего страны с плановой экономикой, до того момента закрытые для международных финансовых перемещений, изменили свои законодательства в либералистическом направлении, открывшись принципам рыночной экономики в попытке наверстать упущенное время и стимулировать иностранные капиталовложения. Эти изменения коснулись не только финансово-экономической сферы, вызвав разрушение систем контроля за экономикой, но одновременно и административной сферы, приведя к политике общей отмены въездных виз в страны Центральной и Восточной Европы.

Соглашение Gait-Uruguay Round, исчезновение СССР и Маастрихтский договор являются в современном историческом контексте определяющими событиями, которые внесли вклад в переход мировой экономики к форме глобальной деревни, возможностями и свободами которой организованная преступность, несомненно, пользуется. Можно утверждать, что значительному развитию отмывания денег в последние годы благоприятствовали некоторые условия, которые можно определить как: · легкость, с которой средства могут быть введены в денежный оборот; · возможность перевести свободно и без последующего контроля значительные капиталы из одной страны в другую, заимствуя хитроумные способы и системы, внедренные транснациональными фирмами; · высокая предприимчивость и эффективность, достигнутые преступными организациями, которые прибегают к высококвалифицированным финансовым консультациям.

Западный опыт показывает, что рыночная экономика при всей своей частой непоследовательности развивается не по совсем уж случайной логике и для эффективного функционирования нуждается в институтах и правилах, устанавливавшихся в течение длительного периода времени.

Быстрый и травматический переход от одной социально-экономической системы к другой привел к взрывоподобным результатам. Хаос, вызванный первыми радикальными шагами по приватизации, предпринятыми в надежде устранить ущерб, нанесенный экономикой так называемого реального социализма в различных странах Восточной Европы предстают во всех своих опустошительных масштабах: резкое падение сельскохозяйственного и промышленного производства, инфляция и безработица, рост бедности, преступности, торговли наркотиками и коррупции. Когда в 1992 году Россия начала свой неуверенный путь в направлении рыночной экономики, преступные шайки были в числе немногих держателей значительных финансовых ресурсов: таким образом, им предоставлялась возможность не только подорвать существующую структуру, но и завладеть целым государством в ходе процесса его реконструкции. К счастью, в связи с их дезорганизацией, эти шайки в значительной мере упустили шанс, предоставленный им историей.

Пример России символичен. Чтобы предотвратить такую возможность, власти, вероятно, должны работать на два фронта. С одной стороны, они должны бы недвусмысленно утвердить политику защиты прав собственности, а с другой - сократить свое вмешательство в экономику: властный произвол бюрократии способствует развитию коррупции.

Исчезновение партии и ее контролирующей функции создает ситуацию, которая может побудить судей и полицию действовать в своих интересах, и не удивительно, что в таких условиях деловые круги предпочитают решать свои проблемы, обращаясь к различным рэкетирам, а не к полиции или в суд. С другой стороны, если в западном мире закон и порядок традиционно являются двумя сторонами одной медали, в коммунистических системах, и в России в частности, порядку всегда отдавалось большее предпочтение, чем закону: на этапе краха коммунистической системы эта дихотомия обнаруживает всю свою ограниченность. Нужно также учитывать, что политическая необходимость отвечать на идущие от населения требования перемен не дала возможности и времени властям стран, переходящих к рыночной экономике, создать механизмы защиты экономики и общества.

Нормативная либерализация, в том числе на уровне Европейского Союза, использование средств информатики вкупе с коммерческими и финансовыми возможностями, представившимися в бывших коммунистических странах (новые рубежи), представляют собой благоприятную почву для развития экономической преступности, которая превращает отмывание денег в точку опоры и лимфу своего развития.

Действительно, настоящей проблемой при отмывании денег является изобретение экономической деятельности, которой будут маскироваться незаконные перемещения капитала [19] . Парадоксально, но прогресс политики расширения свобод способствует, как мы видели, при определенных социально-политических условиях развитию в финансово-экономической области криминальных патологий, связанных с отмыванием денег.

Преступное 'предпринимательство', хотя и движимо противозаконными намерениями, в любом случае обусловлено экономической логикой и, следовательно, должно учитывать затраты на управление и необходимость капиталовложений.

Другими словами, чтобы жить, финансовая преступность должна двигаться внутри экономической системы, используя ее структуры и правила. По этим причинам экономическая преступность вынуждена постоянно сталкиваться с объективным ограничением, выраженным необходимостью 'очистить' незаконные доходы, чтобы иметь возможность использовать их, поскольку к незаконной деятельности - какой бы она не была - существует устойчивое негативное отношение даже в странах, временно вынужденных стимулировать приток иностранных капиталов. Но для реализации этой цели преступная организация должна обратиться к внешней системе, не входящей в саму организацию.

Поэтому необходимо обращаться к финансовым посредникам, которые позволили бы направить деньги незаконного происхождения в нормальные экономические каналы. Но эта необходимость перехода к законной деятельности представляет собой момент повышенной уязвимости, поскольку такой переход может быть выявлен органами борьбы с экономической преступностью.

Опасность этих форм преступной деятельности, таким образом, предстает во всем объеме.

Опасность заключается в трудности выявления и подавления преступности, поскольку огромные финансовые ресурсы позволяют криминальным организациям покупать необходимых для их целей профессионалов в финансовой, валютной и нормативной областях, а также брать на вооружение самые передовые технологические средства. С другой стороны, обнаруживается сложность для государства гибко следовать за темпами развития средств и методов, используемых организованной экономической преступностью. Новые возможности капиталовложений обнаруживаются не только на Востоке, ведь в других частях света, задействованных в процессе глобализации экономики, также произошли изменения нормативов для привлечения иностранных инвестиций.

Падение берлинской стены подтолкнуло мировые капиталы в восточном направлении, вызвав озабоченность некоторых развивающихся стран, в частности североафриканских и ближневосточных, в том, что ранее направлявшиеся к ним иностранные инвестиции возьмут курс на Восточную Европу. Это послужило толчком для интенсификации работы, нацеленной на введение все более либеральных нормативов в финансово-экономической области.

Последнее, вероятно, внесло свой вклад в стимуляцию реакции исламских интегралистов против притока иностранных капиталов и привело к соответствующим последствиям. Хотя возможность того, что эти страны могут представлять собой в широком масштабе зону риска с точки зрения отмывания денег, кажется довольно ограниченной. На самом деле эти страны, хотя и начали процесс преобразования экономики, сохраняют прочную государственную структуру, способную контролировать как экономику, так и судебную систему. 3.2. Формы и методы противодействия развитию преступности, связанной с легализацией преступных доходов Страной, которая первая развернула борьбу с легализации на государственном уровне, по праву считается США. Можно отметить следующие особенности федерального законодательства США об отмывании денег [20] : · · · · · Институт противодействия легализации капиталов преступного происхождения в праве стран континентальной Европы формировался под значительным влиянием политики США в этой сфере, но с учетом традиций и принципов романо-германской правовой семьи, что нашло свое отражение в его особенностях [21] : · · · · · · В отличие от Европы и США в других странах мира борьба с легализацией ведется по разному, кое-где, например, оффшорных юрисдикциях низкого правового статуса даже отсутствуют государственные службы, контролирующие движение денежных средств и активов (Подразделения финансовой разведки), и преступники чувствуют себя весьма вольготно. Но все больше юрисдикций под давлением мирового сообщества, и в первую очередь США, по примеру Европы вводят в состав государственных органов службу финансовой разведки, а в правовую систему норму об уголовной и других видах ответственности за легализацию (отмывание) преступных доходов. В Российской Федерации преступниками используется весь арсенал сложных и изощренных схем и способов легализации.

Несмотря на то, что к 2004 году можно отметить значительные успехи в развитии института противодействия этому преступному феномену (рис.5), государство пока не в состоянии обеспечить надлежащий уровень контроля за данным видом преступности. Кроме ежегодных исследований международных организаций по борьбе с транснациональной преступностью, которые фиксируют не ослабевающий интерес преступного сообщества к Российской Федерации с точки зрения деятельности, связанной с аккумуляцией и отмыванием преступных доходов, это подтверждают и незначительное количество уголовных дел. Рисунок 5. Количество преступлений экономической направленности, выявленных в Российской Федерации в 1998-2004 гг. Не последнюю роль в низкой эффективности института противодействия преступных доходов играет новизна состава преступления, низкий уровень судебно-следственного аппарата при высокой сложности расследования. В ответ на активность преступного сообщества Россия, как им многие другие страны, установила уголовную ответственность за действия, связанные с легализацией преступных доходов, но в существующую уголовно-правовую норму вносятся изменения, она еще далека от своего совершенства, дискуссионен ее понятийный аппарат.

Исходя из сущности легализации преступных доходов, направленности умысла виновных лиц, характера реально причиняемого преступлением вреда и международной практики более привлекательным выглядит понимание в качестве основного непосредственного объекта рассматриваемых преступлений общественных отношений, складывающихся при обеспечении общественной безопасности, в качестве дополнительного непосредственного объекта – общественных отношений, обеспечивающие нормальную деятельность органов правосудия в части изобличения виновных и расследования уголовных дел, а также общественных отношений в сфере экономической деятельности. Оба дополнительных объекта являются факультативными. То есть вред этим отношениям может причиняться, а может и не причиняться в результате совершения конкретного преступления, предусмотренного ст.ст. 174 или 174.1 УК РФ. Легализация, как правило, представляет собой цепочку взаимосвязанных сделок, в которых предмет сделки может меняться.

Исходя из буквального толкования, сделки с подобными видоизмененными формами имущества носят абсолютно самостоятельный характер и не являются сделками непосредственно с имуществом, приобретенным преступным путем. У имущества, являющегося предметом последующих сделок, могут быть вполне законные источники происхождения (не криминальные). В связи с этим следует внести дополнение в диспозицию ст. 174 и 174.1 УК РФ в части описания предмета преступления, отразив, что карается не только совершение действий по легализации «имущества, заведомо приобретенного преступным путем», но и в отношении его видоизмененного состояния. В целях пресечения террористической деятельности, озабоченности мирового сообщества следует предусмотреть возможность привлечения к уголовной ответственности лиц, уличенных в легализации именно незаконно (а не только преступно) полученных доходов, при использовании легализованных средств в интересах террористических организаций. По мнению многих ученых санкции, предусмотренные Уголовным кодексом РФ за легализацию, не отражают высокой степени ее общественной опасности, хотя существуют и иные точки зрения. Но основным недостатком уголовного законодательства России является отсутствие возможности применять такую меру как конфискация имущества [22] . Очевидно, что отказ от конфискации имущества, как вида уголовного наказания, является необоснованным.

Необходимо вернуть в УК положения, касающиеся конфискации. В санкции ч. 1 ст. 174 УК РФ конфискация имущества должна предусматриваться в качестве возможной меры наказания. За квалифицированную и особо квалифицированную легализацию конфискация должна быть безальтернативной.

Сложности возникают и с применением в Российской Федерации других видов ответственности, так применение статьи базового закона «О противодействии легализации (отмыванию) преступных доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (вступил в юридическую силу в 2001 году) об ответственности юридического лица использована ЦБ РФ впервые только в 2004 году [23] . В 2002 году законодатель дополняет статьей 15.27 Кодекс об Административных правонарушениях, и в дополнение к норме об ответственности базового закона вводит административную ответственность для юридических и физических лиц за нарушения законодательства о противодействии легализации.

Практика применения этой нормы административной ответственности пока отсутствует.

Приведенные выше рассуждения доказывают сложность практического применения уголовной и других норм ответственности за отмывание на территории России, их несовершенство, отсутствие действенных санкций, не достаточное понимание государственным аппаратом высокой степени угрозы национальной безопасности в связи с развитием темпов роста этого преступного феномена XXI столетия.

Успешное противодействие легализации может осуществляться только в случае, если оно будет одновременно разворачиваться на двух уровнях - национальном и международном. В отдельном государстве, без международного обмена информационными потоками, взаимодействия и участия в процессе борьбы с преступниками кредитных организаций успешная борьба с легализацией не возможна.

Следовательно, России необходимо активизировать международное сотрудничество в этой области.

Мировой опыт показывает, что наряду с уголовной ответственностью, необходимым условием является наличие комплекса мер противодействия, а именно прочих видов юридической ответственности за отмывание «грязных» денег или имущества, и их активное применение. При этом не уголовные меры целесообразно применять за нарушение действий, связанных с контролем за финансовыми операциями, а уголовную ответственность применять за ограниченный круг действий.

Ключевым вопросом для Российской Федерации является вопрос более широкого применения других видов ответственности, включая административную и финансовую как дополнение уголовной.

Следует также определится, к каким видам юридической ответственности допустимо и целесообразно привлечение организаций, а к каким кроме уголовной-физических лиц, с учетом российских правовых традиций, сложившейся системы норм права и практики.

Российскому законодателю следует прислушаться к мнению ученых, практиков и внести ряд изменений в существующую уголовно-правовую норму. А вот противостоять действиям преступников или организованных групп на практике могут только хорошо подготовленные профессионалы, вооруженные специальными знаниями в области международного банковского дела, страхового дела, логистики, особенностей осуществления внешнеэкономической деятельности и обладающие соответствующей информацией, полученной от компетентных органов или союзов и профессиональных ассоциаций специалистов. Уже сегодня мировой опыт подсказывает о необходимости расширения видов предпринимательской деятельности, на которые распространяются процедуры контроля за легализацией преступных доходов. Под контроль должны попасть аудиторские компании, адвокатские сообщества, консультанты по ведению бизнеса, юридические компании, занимающиеся регистрацией организаций, как в России, так и за ее пределами.

Участия только правоохранительных органов в борьбе с легализацией не достаточно.

Необходима их связь с ассоциациями агентов по недвижимости, участниками рынка ценных бумаг, драгметаллов и золота, кредитными организациями.

Последние в ходе своей деятельности должны принимать во внимание то, что наиболее распространенным предметом отмывания в России являются безналичные деньги, учитывать особенности действий преступников, в т.ч. схемы совершения преступления, которые весьма разнообразны и не всегда сводятся только к совершению сделок и финансовых операций (как бы ни толковался этот термин). По традиции существующей с советских времен Комитет Российской Федерации по финансовому мониторингу - закрытая организация и, к сожалению, практически не представляется возможным ознакомится с отчетами о ее деятельности.

Очевидно, что в целях международного сотрудничества, усовершенствования законодательства, а значит и механизмов по борьбе с отмыванием, Федеральной службе по финансовому мониторингу России следует ежегодно представлять отчеты о своей деятельности, включающие федеральную и региональную практику, национальные приемы и методы противодействия, совместные действия с другими государствами. Вслед за международным сообществом России на государственном уровне следует признать связь организованной преступности, торговли наркотиками, терроризма и отмывания денег и сформировать единую стратегию борьбы с этими видами тяжкой и особо тяжкой преступности.

Заключение В настоящей работе поставлена проблема значимости и общественной опасности легализации криминальных денег для России и международного сообщества в целом.

Изучение этого преступления как преступления международного характера позволило показать эволюцию правовых средств противодействия данному преступлению от национального до международно-правового уровня. В работе исследованы взаимосвязи между стабильностью мировой финансовой системы, стабильностью рынка инвестиций и преступными капиталами, их влияние на экономику отдельных государств, продемонстрировано наличие взаимосвязи между отмыванием преступных доходов и оттоком капиталов из конкретных государств, в том числе и в отдельные страны, являющиеся «оффшорными зонами». Существует взаимосвязь между участием государства в международных уголовно-правовых механизмах по противодействию отмыванию преступных капиталов и результативностью борьбы с оттоком капитала из национальной экономики, а также возможностями для конфискации капиталов, вывезенных за рубеж с целью отмывания.

Сложившиеся международные уголовно-правовые нормы по борьбе с отмыванием «грязных» денег и другие появляющиеся механизмы международного противодействия экономической преступности также представлены в данной работе. В результате сделан вывод о существовании сформировавшихся международно-правовых механизмов противодействия отмыванию преступных капиталов и дана их правовая оценка. Таким образом, можно выделить следующие особенности легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем: 1. Легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, имеет высокую степень общественной опасности, которая заключается не столько в том, что отмытые капиталы впоследствии используются преступными группами для расширения своей преступной деятельности, сколько в том негативном воздействии на макроэкономическую ситуацию в целом, которое оказывают преступные капиталы при попадании в легальный оборот.

Следовательно, предназначение норм о противодействии легализации (отмыванию) преступных доходов заключается в ограждении легальной экономики от попадания в нее криминального капитала. 2. Поскольку в силу глобализации мировой экономики и взаимосвязанности финансовых рынков различных государств попадание больших объемов криминальных денег в легальную экономику оказывает негативное воздействие на финансовую стабильность всей мировой экономики, отмывание преступных доходов является преступлением международного характера, даже если легализация преступных доходов имела место исключительно в рамках национальной экономики одного государства. 3. В законодательстве Российской Федерации, посвященном противодействию легализации (отмыванию) преступных доходов, существует ряд положений, могущих привести к затруднениям при практическом применении этого законодательства. Во-первых, законодателем однозначно не решен вопрос о моменте окончания легализации (отмывания) преступных доходов в том случае, если преступные капиталы используются виновным в экономической деятельности неограниченно долгое время. Во-вторых, в настоящее время законодательно не определена возможность включения в предмет рассматриваемого преступления в качестве отмываемого имущества нематериальных ценностей, в первую очередь прав на имущество. 4. В связи с исключением российским законодателем из предмета преступлений, предусмотренных статьями 174 и 174-1 УК РФ, денежных средств, полученных от таких преступлений, как уклонение от уплаты налогов, невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте, уклонение от уплаты таможенных платежей и т. д., можно предположить, что подобная декриминализация операций с доходами от преступлений, наиболее часто совершаемых хозяйствующими субъектами, является, по сути «экономической амнистией», направленной на привлечение, таким образом, полученных средств в виде инвестиций в легальную экономику.

Данное решение противоречит целям и задачам международного законодательства в исследуемой области. 5. Существует ряд формальных несоответствий российского законодательства в исследуемой области международным нормам и стандартам, выработанным ведущими международными организациями. Во-первых, само использование термина «легализация» является не совсем корректным, поскольку в процессе отмывания преступно-нажитому имуществу лишь придается правомерный вид, но эти средства, но своей сути не становятся «легальными». Международно-признанный термин «отмывание» более соответствует как сути данного преступления, так и сложившейся международной терминологии. Во-вторых, несмотря на прямое указание Конвенции ООН 1949 года «О борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами», участником которой является Россия, в российском уголовном законодательстве отсутствуют нормы об уголовной ответственности за некоторые виды эксплуатации проституции, которые предусмотрены указанной Конвенцией. В результате этого несоответствия национальных норм положениям Конвенции, доходы не от всех предусмотренных в международно-правовом акте видов эксплуатации проституции будут предметом легализации по российскому законодательству. В-третьих, несмотря на прямое предписание Конвенции Совета Европы 1990 года «Об отмывании, выявлении изъятия и конфискации доходов от преступной деятельности», в российском законодательстве не предусмотрена ответственность за «утаивание или искажение природы, происхождения, местонахождения» и т. д. преступно-нажитого имущества, несмотря на то, что указанная Конвенция прямо предусматривает, что все страны участники должны криминализировать в том числе и этот способ совершения отмывания. 6. На современном этапе развития мирового сообщества легализация (отмывание) преступных доходов в крупном размере производится чаще всего путем проведения транснациональных финансовых операций, связанных с перемещением отмываемых капиталов через государственные границы. Таким образом, эффективная борьба с данным видом преступлений возможна лишь при наличии эффективных международных механизмов противодействия указанным преступлениям, поскольку национальные нормы о противодействии отмыванию не являются достаточными.

Библиография 1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. «О защите прав юридических лиц индивидуальных предпринимателей при проведении государственного контроля (надзора)» от 08.08.2001 г. №134-ФЗ 8. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 15. Алиев В.М. Теоретические основы и прикладные проблемы борьбы с легализацией (отмыванием) доходов, полученных незаконным путем: Дис. ... докт. юрид. наук. М., 2001 16. Аслаханов А . А . Проблема борьбы с преступностью в сфере экономики ( криминологический и уголовно - правовой аспекты ): Автореф . дис . ... докт . юрид . наук . М ., 1997 17. Афанасьев Н . Н . Глава IX . Преступления в сфере экономической деятельности // Уголовное право . Особенная часть : Учебник / Под ред . Н . И . Ветрова и Ю . И . Ляпунова . М ., 1998 18. 19. Ветров Н . И . Уголовное право . Особенная часть : Учебник для вузов . М ., 2000 20. 21. 22. 23. 24. 25. Зуев Ю.Г. Презумпции в уголовном праве / Дис. … канд. юр. наук.

оценка жилой недвижимости в Брянске
оценка новостройки в Смоленске
оценка сооружений в Курске